пятница, 12 июля 2013 г.

У истоков великой династии. Первый Романов на престоле (окончание)



Игорь АЗАРОВ
Окончание. Начало см. в «КВ» от 13 и 20 июня и 4 июля с.г.

Под радостный перезвон колоколов, сопутствуемый восторженными толпами народа, 2 мая 1613 года въехал в Москву новый русский государь — Михаил Федорович Романов. В XVII веке спешки не любили, к коронации готовились основательно.
Ровно 400 лет назад — 11 июля 1613 года — Михаил Романов принял царский венец из рук казанского митрополита Ефрема. На следующий после коронации день юному самодержцу исполнилось 17 лет.
Ему досталась страна, разоренная и униженная годами Смуты, на куски разорванная поляками, литовцами, шведами и своими же русскими самозванцами и бунтовщиками, где поля и амбары были пусты, храмы осквернены, а леса кишели разбойниками и бродягами. Толпы обездоленных людей нужда и голод гнали с места на место. Теперь же все взоры, все надежды обратились нему — Божьему помазаннику — Мише Романову. А что он мог?



Начало царствования
Николай Костомаров пишет: «Сам Михаил был от природы доброго, но, кажется, меланхолического нрава, не одарен блестящими способностями, но не лишен ума; зато не получил никакого воспитания и, как говорят, вступивши на престол, едва умел читать». Большое влияние на юного царя оказывала мать — энергичная и властная инокиня Марфа (Ксения Шестова; ум.1631) — она даже получила титул «Великой государыни». Первые 10 лет правления Михаила почти постоянно заседали Земские соборы — царь старался опираться на «волю народа», но, очевидно, вся полнота власти сосредоточилась в руках узкой группы родовитых бояр.
Со шведами удалось в 1617 году подписать Столбовский мир: Россия теряла выход к Балтике и значительные территории, но шведы возвратили русскому царю неспокойный Новгород.
Труднее было всего с воинственными поляками, рвавшимися к Москве. Лишь в 1618 году, когда обе стороны окончательно истощили свои силы, было заключено на 14,5 лет Деулинское перемирие. Русские теряли Смоленск и Чернигов, но и не отказывались от них. Царь Михаил был признан де-факто, но и Владислав не отказывался от претензий на русский престол. Ситуация оказалась, как говорится, подвешенной, но стороны достигли соглашения об обмене пленными.

Отец, патриарх, соправитель
1 июня 1619 года  был освобожден отец русского царя — патриарх Филарет (Федор Никитич Романов); уже 14 июня царь ожидал родителя на въезде в Москву. Когда отец и сын встретились, оба упали на колени, обнялись и долго так простояли, не находя сил для слов, обливаясь слезами. 24 июня Филарет Романов вновь был возведен на патриарший престол находившимся в Москве Феофаном III (ок. 1570-1644), патриархом Иерусалимским.
Вплоть до своей смерти, последовавшей 1 октября 1633 года, отец был фактическим соправителем царствовавшего сына. Филарет получил титул «Великий государь». Совсем уж необычным для духовного лица оказалось использование отчества: так он в историю и вошел — Патриарх и Великий государь Филарет Никитич Романов.
В богословских вопросах этот патриарх, скажем прямо, был слабоват, но он правил железной рукой в бедной и разоренной стране, проявив и холодный ум, и административный талант. Достаточно сказать, что финансовое положение царя Михаила и его правительства было в первые годы настолько сложным, что в 1614 году долг по недоимкам в казну весьма патриотично покрыли баснословно богатые купцы Строгановы — 16.810 рублей.
С большим трудом Филарет навел порядок (относительный, конечно) в денежной сфере. Земские соборы более не созывались; стало ясно, что новый царь свое положение смог укрепить. Более того — Филарет, ненавидевший поляков, в 1633 году, сходя в могилу, начал с ними новую войну. Но первые удачи скоро сменились поражениями. Поляновский мир 1634 года закрепил за поляками все их «приобретения» 1618 года — Чернигов, Смоленск и окрестности. 20 тысяч рублей Москва заплатила Владиславу за отказ от претензий на русский трон.
Любопытная деталь. Воспользовавшись улучшением отношений с Польшей, царь Михаил вытребовал у поляков останки умершего в плену Василия IV Шуйского и с почестями 11 июля 1635 года провел их погребение в Архангельском соборе Кремля. Московское государство вновь училось уважать себя — и учило этому других.
После смерти патриарха Филарета царь Михаил так же мало вмешивался в налаженный ход государственной машины, как и при жизни отца. У необузданного и свирепого Петра I были удивительные предки! Многие знают, что отца Петра, царя Алексея Михайловича, официальные историки именовали Тишайшим. А дед, царь Михаил Федорович, теми же авторами назван Кротким. Немец Адам Олеарий писал по собственным наблюдениям, что царь Михаил «правил кротко и проявлял снисходительность как к иностранному, так и к отечественному, так что каждый считал, что страна, вопреки своему обычаю, за многие столетия не имела такого благочестивого государя».
Мы будем крайне несправедливы к царю Михаилу Федоровичу, если не расскажем о том, что сейчас называется «личная жизнь».

Дела семейные
Трудно сказать, как у царя Михаила обстояло дело с его физическим здоровьем. Боюсь, что сообщения о том, как в молодые годы царь сам выходил с рогатиной против медведя, не совсем достоверны. Михаил был грустным, робким и болезненным человеком, не вникавшим в тонкости государственного управления и аккуратно, но без особого воодушевления, соблюдавшим всю декоративно-представительскую сторону своей монаршей «работы».
Первая его попытка обрести верную спутницу жизни закончилась, если называть вещи своими именами, трагически. Молодому царю приглянулась Маша Хлопова, девушка из небогатой и незнатной дворянской семьи. Властная мать, инокиня Марфа, была против такого выбора: обиженными оставались знатнейшие дома Рюриковичей и Гедиминовичей. Видимо, Михаил настоял на своем. Он даже обручился с Хлоповой, которая поменяла имя Мария на Анастасия — в память об Анастасии Романовой, первой жене Ивана Грозного. Царю Михаилу она приходилась двоюродной бабушкой. А до свадьбы дело не дошло. Хлопова внезапно заболела, Михаил испугался и предал свою любовь: всех Хлоповых сослали аж в Тобольск.
Видимо, сам царь на конфликт с матерью идти боялся, но Филарет Никитич, вернувшись из польского плена, делом о болезни Марии-Анастасии Хлоповой занялся лично — вплоть до очных ставок ее врачей и прислуги. Выяснилось, что опоили и оговорили царскую невесту Салтыковы — по линии матери двоюродные братья царя Михаила Федоровича. Филарет теперь отправил из Москвы самих Салтыковых, а заодно задвинул в задний ряд собственную слишком уж властную супругу. Хлоповы были «реабилитированы», но конечно, о свадьбе уже речи не велось.
Лишь в сентябре 1624 года Михаил женился на княжне Марии Долгоруковой из черниговских Рюриковичей. Но царица на другой день после свадьбы заболела и меньше чем через четыре месяца умерла. Возможно, ее отравили. И Михаил снова остался один.
Редкий случай в те времена — семьей царь обзавелся, уже вплотную приблизившись к своему тридцатилетию. Вновь съехались в Москву красавицы земли Русской. Приехала и княжна Волконская, в услужении у которой находилась будущая русская царица — троюродная сестра своей высокомерной госпожи Евдокия Лукьяновна Стрешнева (1608-18.08.1645). Тут уж хватило романтики: конечно, царские родители пришли в ужас, но, памятуя о Хлопковой, Филарет все-таки уступил. И 5 февраля 1626 года Михаил Федорович и Евдокия Лукьяновна  стали супругами. Отец Евдокии, Лукьян Степанович Стрешнев, вскоре попал в первую десятку (9-е место) богатейших людей России. Но всегда у него перед глазами был семейный молитвенник, где сам он написал: « Лукьян! Помни, что ты был и что ты ныне. Помни, что все сие ты получил от Бога. Не забывай Его милосердия. Помни Его заповеди. Делись всем, что имеешь, с бедными: они твои братья. Не утесняй никого, ты сам был беден. Помни твердо, что все земное величие — суета, и что Бог одним словом может обратить тебя в ничто».
Михаил Федорович и Евдокия Лукьяновна были любящей парой. Смерть супруга подкосила еще совсем не старую царицу — Евдокия пережила Михаила лишь на три недели.

Конец правления
В 1631 году умерла инокиня Марфа, в 1633 — Филарет Никитич. Царь Михаил начал серьезно хворать; еще в 1627 году появились проблемы с ногами, государь стал грузен и малоподвижен. Мучили его и боли в желудке. Иноземные врачи заявили, что царская болезнь приключилась «от много сидения, холодного питья и меланхолии, сиречь, кручины».
Совершенно выбил царя из колеи 1639 год, когда один за другим умерли (как не вспомнить «Маринкино проклятие») двое его сыновей — Иван и Василий.
Но «последней соломинкой» для царя Михаила оказалось попытка породниться с королевским домом Дании. Свою любимую дочь Ирину Михайловну (1627-1679) надумал русский государь выдать за принца Вольдемара, сына Кристиана IV Датского (1577-1648) московские дипломаты умели обещать и уговаривать — с богатыми дарами Вольдемар (1622-1656) прибыл 21 января 1644 года в первопрестольную. Но тут возник самый болезненный вопрос: датский жених никак не хотел переходить из лютеранства в православие. Царь же, разгневавшись, не велел отпускать Вольдемара домой, даже после просьб Кристиана IV. Принц пытался сбежать, однако побег провалился — это было 9 мая 1645 года.
Но 12 июня, в церкви, царь Михаил Федорович упал в обморок…
Почувствовав приближение последней минуты, Михаил велел позвать Евдокию Лукьяновну и наследника, царевича Алексея (1629-1676). Простился с женой, благословил сына на царство и тихо отошел…

Он умер в день своего 49-летия: «яко неким сладким сном усне».

P.S. А принца Вольдемара новый государь, Алексей Михайлович все-таки отпустил восвояси.
------
«Не только в начале своего правления, когда он был еще почти ребенком, но и гораздо позже, в Михаиле не видно ни малейшего желания совершать деятельные поступки.
На всей его натуре лежала печать мягкой пассивности и меланхоличности, и едва ли не с первого взгляда видно в нем всякое отсутствия честолюбия и тщеславия. Набожный, уступчивый, тихий, он не столько осуществлял порядок, сколько олицетворял его. Однако, как ни удивительно, этого оказалась достаточно для того, чтобы страна, дошедшая, кажется, до полного самоубийства, не только сумела возродиться в короткий срок, но и нашла в себе силы для нового развития и роста».


Константин Рыжов, «Все монархи мира. Россия».

"Крымское время"№72 от 11 июля 2013

Комментариев нет:

Отправить комментарий