пятница, 30 марта 2012 г.

«Здесь все имеет подлинную цену, Здесь все не так, здесь все наоборот…»




Марина ГУСАРОВА
Фото Алексея ВАСИЛЬЕВА




Театр… Огни рампы, рукоплещет партер, выходят на поклоны актеры и режиссер. Сплошной праздник, да и только! Но на этот раз в преддверии Международного дня театра мы решили заглянуть в один из самых известных театров полуострова — Крымский академический русский драматический имени Горького — с другой стороны.



Стеклянная дверь с лаконичной надписью «Служебный вход». Нет, не подумайте, мы входим в нее не в первый раз. Именно воспетый Андреем Макаревичем театральный служебный вход часто становился для нас преддверием встреч с актерами и режиссерами. Но сегодня мы направляемся в гости не к ним, а вместе с читателями «КВ» познакомимся с теми, кого никогда не видит зритель. Но без этих людей, их таланта и умелых рук жизнь сложного организма по имени «театр» просто немыслима.


Хороша птичка, да не укусишь!



…Она поджариста, румяна, обложена восхитительными перышками зеленого лука и петрушкой. Смотришь и думаешь: «Крылышко или ножка? Нет, все-таки лучше ножка…». Правда, при самом ближайшем рассмотрении аппетит приходится умерить — восхитительная курочка, увы, сделана из пенопласта — но так профессионально!



Как пояснила нам заведующая бутафорским цехом Любовь Курганова, создают она и ее коллеги не только жареных курочек (кстати, участвующих во многих спектаклях), румяных поросят, овощи, фрукты и проч.

— Мы делаем практически все, — признается Любовь Георгиевна. — Возьмем ту же мебель — сначала в работу включается столярный цех, а дальше эстафету подхватывают бутафоры — обклеиваем, «офактуриваем», а потом уже имитируем всю резьбу…

«Когда б вы знали, из какого сора растут стихи, не ведая стыда….» писала о поэтической «кухне» Анна Ахматова. На «кухне» бутафорской — та же история — многим уже жившим свой век предметам, вещам здесь дают второе дыхание.
— Используем тряпки, марлю…, — поясняет Любовь Курганова. — А вот ассортимент клеев у нас — вплоть до самых современных. Мы и под керамику изделия создаем — не отличишь!
Интересно, где учат «на бутафоров»? Сейчас — нигде, сокрушается собеседница:
— Раньше было Одесское специализированное училище, но его закрыли. В итоге настоящие мастера нашего дела вымирают, как мамонты…



Любовь Георгиевна и ее коллеги по цеху Елена Алексеенко (автор той самой аппетитной курочки) и Светлана Юрченко по специальности — художники-оформители, выпускницы Симферопольского художественного училища имени Самокиша. А Елена еще и графический дизайнер — в свое время курсы закончила. Работу бутафоров женской не назовешь — мастерская местами даже напоминает кузнечный цех — с горном и струной, на которой режут пенопласт…
— Самое сложное — лепка больших форматов, — признаются собеседницы. — Художники дают эскизы, а мы уже воплощаем их в конструкциях высотой два с половиной-три метра. Увидеть это можно непосредственно на сцене. Бывает и работа очень кропотливая, изнурительная даже. Вот, в спектакле «Три сестры» березы на декорации месяц клеили… Там три плана — задействованы были и студенты — все на полу с нами вместе ползали, вырезали веточки из тряпочек, листики…
Увы, «разбавить» этот чисто женский коллектив мужчины не спешат.
— Раньше работали у нас, теперь — нет: зарплаты небольшие, да и субботы у нас рабочие. Как в цеху по выпуску снарядов! — смеются собеседницы.
Сплошной парадокс — и работа не из легких, и зарплата не ахти, и рабочая неделя шестидневная — а задержалась дружная команда бутафоров в театре надолго. Светлана работает здесь одиннадцать лет, Елена — четырнадцать, а Любовь Георгиевна — страшно представить! — уже… тридцать шесть. У каждого из них свой «конек» — Елена — мастер резьбы по пенопласту, Светлана больше любит шить, а сама Любовь Курганова — настоящая «королева» плетения и макраме. Но работа бутафора — не только владение ремеслом. Часто приходится заглядывать в книги по искусству, делать собственные рисунки и даже спорить с художниками. Причем из таких споров последние не всегда выходят победителями


— Бывает, что вначале художник недоволен, а по окончании работы благодарит, — говорит Елена Алексеенко. — Я считаю, что все мы здесь по-своему художники, а две главные составляющие нашей профессии — талант и практика.
Увы, сегодня немногие даже в театре способны оценить высококачественный «хэнд мэйд». Один и них — художественный руководитель и главный режиссер «горьковского» Анатолий Новиков.



— Что-нибудь починишь, вырежешь, распишешь — он так радуется! — улыбаются мои собеседницы. — Потому, что сам одно время был бутафором-декоратором и понимает, сколько для этого нужно труда и мастерства!


Под охраной поролонового рыцаря




Поднимаемся несколькими этажами выше — в живописно-декорационный цех. Там нас встречает его начальник Марина Нефедова и два цеховых «стража» — сработанный из поролона и арматуры грозный рыцарь и лев, скромно притулившийся у задней стены огромного помещения.

— Рыцаря делали для «Королевских игр», потом задействовали и в других спектаклях, а льва — для спектакля «Дом сумасшедших». Это очень сложная чисто бутафорская работа — сварной каркас, и пена строительная, и папье-маше, и ткань, и бумажная масса… Сплошная антитехнология, когда смешиваешь то, что не смешивается и соединяешь то, что не соединяется. А в театре все можно! — смеется Марина Константиновна.

Путь Марины Нефедовой в профессию чем-то напоминает фабулу кинокомедии «Приходите завтра». Окончив отделение живописи уже упомянутого нами Симферопольского художественного училища, девушка решила: хочу работать в театре — хоть кем угодно! Обивала пороги полгода — и добилась-таки своего! С тех пор прошло уже больше тридцати двух лет. Теперь бывшая студентка уверенно стоит у руля беспокойного живописно-декорационного хозяйства, поставив, к тому же, как художник-постановщик уже несколько десятков спектаклей.
— Мы — очень важная часть театра, визуальный ряд — и должны помогать режиссеру, — поясняет собеседница. — Помогаем мы также и актеру, и зрителю — актеру в хороших декорациях приятнее работать, а зрителю — смотреть.
— С чего для вас начинается работа над спектаклем?
— Приходит художник-постановщик, приносит эскизы, макет. Его задача — воплотить образы, дух, настроение спектакля, а из чего и как это будет делаться — уже дело мастеров, декораторов и бутафоров.
— Бывают ли разногласия с режиссером?
— В общем-то, нет. У нас коллективное творчество. Все должны быть единым организмом — тогда все получится.













Мы разговариваем, а в цеху кипит жизнь. Две Светланы — Шокарь и Горяинова — расписывают декорации к новому спектаклю «Палата бизнес-класса».
— Здесь сплошная физическая работа — видите, какие мы все стройные! — улыбается Марина Нефедова. — Это еще небольшие декорации, четыре на шесть метров, на Новую сцену. Вот Большой зал другое дело — тринадцать на одиннадцать: приходится в две скатки делать! А самой монументальной работой был «Фаворит», когда театр был на ремонте, и мы играли спектакли еще в Украинском театре. Тогда художником-постановщиком был Левенталь, художник Большого театра. Подходы у него были соответствующие, а сделали мы все это за два месяца, представляете?
Удивительно, но факт, в отличие от многих других театров, авралы в цехах «горьковского» — явление редкое.

— У нас очень хорошо поставлена организация процесса, — поясняет Марина Константиновна. — Все по графику — коллеги из других театров порой даже не верят, что мы работаем без авралов.
— А сколько в среднем работаете над оформлением спектакля?
— В среднем, неделю. Для нас нет нерешаемых задач. За три десятка лет работы чего только не приходилось делать! Причем, на больших площадках свои нюансы, а на малых — свои. Думают, если малая сцена, то работы меньше — ничего подобного! Напротив, все должно быть предельно достоверно. А вообще художнику после театра не страшно ничего! Здесь все присутствует — и скульптура, и графика, и живопись, и конструирование, и монументальность, и миниатюра…
Выходит, в театре можно сымитировать все? Да, наверное, все, кроме мастерства — оно должно быть подлинным, наполненным любовью к своей профессии. И тогда все обязательно получится!




P. S. В жизни, как и в театре, печаль и радость — рядом. На прошлой неделе ушла из жизни народная артистка Украины Лариса Бойко, 62 года отдавшая работе на сцене Крымского русского драматического театра имени Горького. Светлая Вам память, Лариса Терентьевна!

"КВ" № 32 от 29 марта 2012 г.

Комментариев нет:

Отправить комментарий