четверг, 15 сентября 2011 г.

Дельфинье дело: морские животные на военной службе





Алексей ВАСИЛЬЕВ
Использована информация сети интернет

Кабинет Александра Жбанова коллеги называют капитанской рубкой. И действительно — все его окна выходят на море, да и до воды считанные метры. Так уж вышло, что детскую мечту «кэпа», воинскую службу и работу, на пенсии объединило одно — море. А если быть точнее — море с дельфинами. Александр Васильевич — научный руководитель севастопольского дельфинария в Артбухте. И мы у него в гостях.



Дельфины в строю

Жбанов не любит вдаваться в детали своей биографии. Корреспонденту «КВ» отвечает коротко, по-военному:
— Чем я занимался? Спасал людей на море: был начальником поисково-спасательной службы Черноморского флота, а последние четыре года службы — начальником океанариума ВМФ СССР, вплоть до его развала. В развале не участвовал. Затем вышел на пенсию, но продолжаю заниматься дельфиньим делом, которое освоил с 1975 года…
Далее мы узнали от немногословного рассказчика, что в аварийно-спасательной службе ЧФ было особое подразделение — руководимая Жбановым поисково-спасательная группа, укомплектованная четырьмя… дельфинами! Эта группа оказывала помощь водолазам и занималась поиском затонувших предметов, в основном — мин и торпед. К слову, примерно за пятнадцать лет севастопольские дельфины обнаружили более пятидесяти мин, торпед и ракет!

Живые торпеды

А теперь окунемся нет, не в грязные  воды Артбухты, а в не менее мутные глубины новейшей истории. В специальной литературе мы разыскали информацию о том, что ВМС США осуществляет программу по работе с дельфинами и морскими львами «для усиления обороны» с 1960 года. В 2007 году ВМС США выделил 14 млн. долларов на использование морских млекопитающих как живое оружие.
Деньги были потрачены не зря: дельфины и морские котики действительно стали тем супероружием, которое могло эффективно противодействовать вражеским боевым пловцам, защищая акватории и военно-морские базы, подрывать надводные и подводные суда.
Александр Жбанов рассказал о том, что местом проведения первых практических операций был избран Вьетнам. Группа дельфинов охраняла от подводников-диверсантов подходы к бухте Камрань. В случае обнаружения диверсанта, дельфины атаковало пловца, нанося укол специальной иглой, закрепленной с помощью «намордника» на передней части рыла. Игла была связана с баллончиком, наполненным двуокисью углерода. Шансов спастись практически не было.
Еще один хрестоматийный случай. Во время войны в Персидском заливе в 1991 году иракские боевые пловцы грозились заминировать американские корабли. Тогда в зону Персидского залива  с базы «Пагет Саунд» самолетами было переброшено подразделение дельфинов и сивучей. Выпущенные у побережья Кувейта животные практически сразу изменили ситуацию. Большая часть иракских боевых пловцов была убита сивучами-диверсантами. Остальные сдались. При допросе пленных выяснилось, что все они прошли обучение в… Крыму. Иракцы рассказали, что во время учебы они видели, как русские дрессируют дельфинов, касаток и сивучей, и поняли, что спастись от них в воде невозможно.

На службе СССР

Приятный факт — идея использовать морских животных в военных целях всё же принадлежит не американцам, а нам! Так, еще в 1915 году знаменитый русский дрессировщик Дуров в своем запросе в Генштаб русской армии впервые в мире предложил применять морских животных в борьбе против вражеских подводных лодок: «Я добился поразительных результатов», — писал Дуров. Но грядущая революция не позволила осуществить эти, как тогда казалось, фантастические планы.
Идеи Дурова у нас были воплощены в жизнь, как мы заметили выше, лишь в середине семидесятых. Но кто же решился на этот эксперимент, который оказался более чем удачным?
— Победа имеет много родителей, поражение — всегда сирота, — философски размышляет Жбанов. — В некоторых газетах меня называли зачинателем этого дела, но это, конечно, не так. Да, я являлся одним из инициаторов создания поисково-спасательной группы, не более. А у направления, которое называется «Применение дельфинов в военном деле» быль один единственный «родитель» — главнокомандующий советским военно-морским флотом, адмирал флота Советского Союза Сергей Горшков. Сергей Георгиевич не побоялся прийти в Совет Министров и в ЦК партии и предложить новое, неведомое в Союзе дело. Авторитетному адмиралу дали «добро». И уже к началу 80-х русские морские боевые животные снова стали лучшими в мире. К 1991 году в составе ВМФ СССР находилось более ста морских млекопитающих, включая дельфинов, сивучей, котиков и белух.
Александр Васильевич вспоминал, что дельфины несли боевое дежурство у входа в главную Севастопольскую гавань с кораблями Черноморского флота: клеть, в которой дежурил дельфин, стояла в районе Константиновского равелина. За это время, по данным военной разведки, ни один подводный диверсант не сумел проникнуть в акваторию порта.

Первое знакомство

Естественно, Александр Жбанов хорошо помнит свое первое знакомство с дельфином:
— Будучи начальником аварийно-спасательной службы, я был назначен председателем государственной комиссии по приему научных тем от океанариума. В частности, должен был одобрить (или отвергнуть) первую практическую задачу — «Обозначение озвученной торпеды с помощью дельфина».
Происходило это так. В Казачьей бухте на грунт положили торпеду, с т.н. «стукачом» (гидроакустическим излучателем). Дельфин должен был найти её и обозначить буйком.
Я спросил у тренера в океанариуме, может ли дельфин  транспортировать к объекту не только своего тренера, но и любого водолаза. Получил положительный объект и решил лично убедиться, как «работает» дельфин. Меня одели в водолазный костюм, я ухватился за специальную лямку, прикрепленную к животному, и дельфин понес меня к торпеде. Нашел её быстро, ткнулся раструбом в нужное место. От этого толчка всплыл специальный сигнальный буёк.
Я дал дельфину заранее припасенную рыбку в знак подтверждение правильно выполненной работы, и он радостно помчал меня назад… С тех пор я проникся интересом и даже уважением к этим необычным животным.
После развала Союза программа подготовки боевых дельфинов была свернута. В 1991 году после распада СССР дельфинарий в Севастополе перешел под юрисдикцию Украины. В интернете мы нашли информацию о том, что все военные эксперименты с животными были прекращены, а три дельфина и одна белуха еще советского призыва были проданы Ирану. Украинские чиновники поспешили заявить, что сделано это было «чисто в мирных целях».

Севастопольский дельфинарий

В девяностые Жбанов недолго размышлял о том, чем ему заняться «на гражданке». Ответ на вопрос лежал на поверхности.
— У меня были определенные навыки. А тут совершенно случайно собралась также оказавшаяся без работы группа дельфиньих тренеров, ветеринаров (с некоторыми я работал раньше), и мы решили создать дельфинарий, — вспоминает он. — Начало дельфинарию положил Борис Александрович Журид, но он вскоре уехал за границу и предложил это место нам. Дельфинов — афалин и морских котиков купили в России: на Украине продажа этих животных запрещена.

Морские артисты живут у Жбанова в прекрасных условиях. Вода очищается по созданной в дельфинарии собственной системе, проходя через семнадцать фильтров! Каждый из дельфинов съедает по 15 килограммов корма в день. В разнообразный рацион входит пять сортов рыбы (в том числе красная), кальмары, витамины.

О том, как проходят выступления в Севастопольском дельфинарии, из-за нехватки места описывать не стану. Скажу лишь в двух словах: профессиональное шоу! Но главное отличие этого дельфинария от многочисленных ему подобных — проведение на его базе научной работы.

— Всего два дельфинария на Украине — наш и евпаторийский — являются участниками научно-практической программы министерства экологии Украины «Дельфин». — поясняет Жбанов. — Задача программы — сохранение генофонда дельфина... Кстати, за нашу природоохранную деятельность мы награждены Международной экологической премией имени Генри Форда!

Мы прощаемся с Александром Васильевичем, и покидаем дельфинарий, который, безусловно, стал украшением города-героя. Тут же появилась идея: в городе с самым большим количеством памятников в Крыму (более двух тысяч) надо бы найти место еще для одного памятника — дельфину — стражу бухты, мастеру обнаружения взрывоопасных предметов, красивому, изящному и умному существу, которое по количеству извилин намного превзошло своего двуногого сухопутного собрата.

P.S. Александр Жбанов — автор нескольких книг по «дельфиньему делу». О некоторых из них мы расскажем в ближайших номерах «КВ»

"Крымское время" №101 от 15 сентября 2011

Комментариев нет:

Отправить комментарий