четверг, 17 мая 2012 г.

Круг жизни





Александра МАРТЫНОВИЧ, Великий Новгород,
Николай МАРТЫНОВИЧ, Ялта
Фото из архива авторов

В нынешнем году в Крыму широко отмечается столетие со дня завершения строительства Ливадийского дворца. Сегодня наш рассказ — об одной семье, чья жизнь и судьба связана с судьбой некогда южнобережного царского жилища, а ныне — всемирно известного музея.


Новые ветки древа Волобуевых
Начнем мы с упоминания другого ялтинского музея — Чеховской Белой дачи. Тот, кто был там однажды, наверняка запомнил табличку на двери «Докторъ Чеховъ». Такие же именные таблички были на домах и других ялтинцев врачей — Руданского, Соболева, Ширяева, Кульчинского. И не только у них, но и у прямых их помощников — фельдшеров, и в частности у жившего на улице Заречной фельдшера Николая Николаевича Волобуева. Клиентура у Волобуева значилась немалая, больные отнюдь не простые — от отставных генералов до родственников царя.
Были у фельдшера две дочки на выданье — Наталья и Пелагея, у первой жених — винодел Поляков, впоследствии видный специалист. А у второй — Аким Сакун — обходительный, веселый, непьющий учитель пения в Ялтинских школах и в земском училище а, кроме того, и руководитель церковного хора.
 Спустя неполный год, в 1902 году, и появились две новых семьи — Поляковы поселились в Ливадии а Сакуны — у Волобуева, в Ялте. Вскоре в семье Сакун родились дочери Александра и Таисия, а позднее и сын Сергей.
Счастливому папаше повезло и с работой — он был приглашен дирижировать хором в домашней церкви семьи Николая II! И сразу же  был обеспечен жильем — вначале в Ореанде, а затем и в Ливадии. По тем временам жили они в достатке: казенный дом, оклад, бесплатно дрова, керосин и свечи, к тому же наградные (своеобразная тринадцатая зарплата), а после отъезда  царской семьи с южнобережного отдыха в столицу — приличное денежное вознаграждение.

В огне революции

Настали смутные времена — и даже в царской Ливадии свою забастовку устроили виноградари. А затем — революция, Временное Правительство, Гражданская война. Наступила осень 1920 года. Красная армия — под Перекопом, и всех — под ружье, в Белую армию.  И Акима Васильевича Сакуна, который в последние месяцы уже был управляющим царским имением в Ливадии, туда же, под ружье — и грыжа не помогла!
В Ишуньском пекле оказался и наш будущий отец, Николай Николаевич Мартынович, восемнадцатилетний студент первого курса Симферопольского медицинского института. И стали и стар и млад, против своей воли так называемыми белогвардейцами. Взят Перекоп. Войска — в Севастополь, другие в бега — Сакун, естественно, в Ливадию. А Мартынович — в Феодосию, где, в администрации порта работал его отец – бывший капитан торгового флота.
А дальше, когда объявлена была властями для всех белогвардейцев «амнистия», Аким Васильевич с семьею вместе с Волобуевыми уехали на Херсонщину — Новую Маячку Каховского района, где жили их дальние родственники. На Перекопе все ценное у «недобитых буржуев» изымались красногвардейцами «для нужд красной армии». Правда и лошадь, и бричку они не забрали, бабушка  даже сумела сохранить несколько золотых червонцев, а в прическе спрятала орден Эмира Бухарского — награду Акиму Васильевичу за те музыкальные вечера, что он организовывал во дворцах Эмира (сейчас санаторий «Узбекистан» и санаторий Черноморского флота). Там, на Херсонщине, ценности эти и помогли выжить двум семьям. Ну, и работали, конечно — дедушка землю селянам копал, бабушка с отцом, фельдшером Волобуевым, оказывала местным медицинскую помощь.

До войны и после нее

Двадцатые годы. Внучка Таисия стала работать учителем в школе, Сергей, окончив рабфак, учиться уехал в Москву, в Тимирязевскую Академию народного хозяйства. Опять же сюда, в Керчь, с дипломом врача приехал на должность карантинного доктора и муж старшей дочери Акима Сакуна Александры — Николай Николаевич Мартынович.
Во время голода в тридцатых годах семьи Сакунов и Мартыновичей уехали в город Белев, в Россию, в Тульскую область — там и прожить было легче,  и работа была в школах и в местной больнице. И там же, в Белеве, в 1936 году, родился  один из авторов этой статьи, Николай Мартынович.
Что же касается Таисии Акимовны, то именно в Белеве она нашла свое женское счастье. По очень большой обоюдной любви вышла замуж за работника военкомата Павла Макаровича Зайцева, который погиб в декабре 1941 года, защищая Москву.
Наступил кровавый 1941-й год. Мобилизованы на фронт артиллерист Капитан Сергей Акимович Сакун, лейтенант-пехотинец Павел Макарович Зайцев, капитан медицинской службы Николаевич Мартынович. Что же касается дедушки и бабушки, то они еще в 1938 году вернулись из Белева в родную Ялту.
Шла к исходу война и весной 1945 года в подремонтированном Ливадийском дворце прошла конференция трех великих держав — СССР, США и Великобритании.

«А вот тут восседала царица…» 

В сороковые-пятидесятые работал Аким Васильевич Сакун учителем пения в Ялтинских школах. А его внук Николай Мартынович трудился несколько лет на Херсонщине — в том самом селе, где в 1920 году спасались от террора семьи Сакунов и Волабуевых. Затем молодой доктор вернулся  в Ялту и как врач — педиатр два года отработал в Ливадии в амбулатории. Жена его Надежда трудилась два десятилетия в таксомоторном парке диспетчером все в той же Ливадии. И сын их Николай, правнук Сакуна, также был связан с Ливадией — реставрировал дворец в семидесятых.
Однажды уже очень пожилой основатель семейства Аким Сакун пригласил своего внука Николая в домашнюю царскую церковь при дворце. Через доски, краски, хлам, сложенные в притворе, вошли они  в основное церковное помещение, превращенное в безбожное время в склад. Рассказал тогда старик, что «здесь вот хор находился, а здесь священник, а там я — регент. А вот тут восседала царица, там дети ее, а здесь у окна сам царь наш православный стоял. Вот, видишь полоски на стенке у окна — так это от погон его… На Пасху царь всех целовал троекратно и меня в том числе… Раньше я этого не рассказывал — нельзя это делать было по тем временам».
В самый последний год жизни инсульт отобрал у Акима Сакуна речь. И как-то он, взяв бумагу и карандаш, нарисовал круг и написал: «Круг жизни замкнулся». Но мечта его сбылась — восстановлена церковь в Ливадии: сегодня тут и службы правят, и крестят младенцев, и свадьбы играют. А ныне в Ливадии в царском дворце работает смотрителем внучка его, Людмила Сергеевна Сакун — родословная длиной больше века и ныне продолжается!

"Крымское время"№49 от 17 мая 2012 

При использовании  материала и фотографий - гиперссылка на "Крымское время" обязательна

Комментариев нет:

Отправить комментарий