четверг, 23 февраля 2012 г.

Нежность, победившая смерть



Игорь АЗАРОВ

«Органическая потребность пронести каждый музыкальный образ через свое сердце хранит артистку от того внешнего, наносного, что порой диктует изменчивая мода» — так о НЕЙ писали в 1978 году…


 
 
…Уйти от наносного, чужого, случайного, псевдомодного — к этому рано или поздно приходит каждый, начав осознавать, что для него БЫЛО — по максимуму, а БУДЕТ — уже совсем немного. И уже не хочется спорить до рассвета о вечном, поднимать в атаку  полки и бежать впереди паровоза. И уже не зыбкая надежда на вообще ЗАВТРА, а верность своему ВЧЕРА все чаще согревает душу. Итак, в погоне за минувшим… Глупо? Да как сказать. Иногда действительно удается что-то выхватить из невозвратимого. Так, в самом конце декабря купил я диск с записями (черно-белыми, конечно!) — сборник фрагментов новогодних «Голубых огоньков» давних лет; большую их часть я никогда не видел — слишком был мал. Сейчас все это смотреть сложно. Даже ностальгируя.
Сейчас ТАК не поют. Так не пели уже и в гораздо более близких моему сердцу 80-х. Но ОНА — вне времени. ОНА — да, ТАК сейчас действительно не поют! Просто нет тех струн души.
ОНА — Майа Кристалинская. Завтра ей исполнилось бы 80 лет. Если судьба была бы к ней не так жестока…
Судите сами — с нами еще могли быть и Владимир Высоцкий (1938—1980), и Юрий Гуляев (1930—1986), и Юрий Богатиков (1932—2002), и Владимир Мигуля (1945—1996), и Андрей Миронов (1941—1987)… Как быстро сгорают артисты, певцы! Как они уязвимы, как короток их век!


Майа Владимировна Кристалинская родилась 24 февраля 1932 года. Ее отец был известным на всю Москву составителем шарад, ребусов и головоломок; мать — оперная певица. В артистки Майа не готовилась, даже специальность получила какую-то не женскую — закончила знаменитый Московский авиационный институт и некоторое время работала в КБ Яковлева инженером-экономистом.



Все резко переменилось в 1957 году — Майа Кристалинская стала лауреатом Московского международного фестиваля молодежи и студентов; она пела в самодеятельном ансамбле «Первые шаги», которым руководил начинающий композитор Юрий Саульский. Успех и слава — да, этого тогда было очень много. Но судьба готовила певице страшный удар. В 29 лет Кристалинская получила диагноз: лимфогранулематоз, воспаление лимфатических узлов. Вся ее дальнейшая жизнь — борьба с болезнью, когда каждый день у смерти нужно отвоевывать… Спасали музыка. Творчество. Любовь зрителей. И она пела ТАК, как не пели ни до нее, ни уж тем паче после нее — что мне сейчас писать об этом? Кристалинскую нужно слышать! Даже если бы она спела только одну только «Нежность» Пахмутовой, она уже была бы великой певицей… Так проникновенно, так искренне злой или лукавый человек не споет никогда. Ей завидовали!
Всю жизнь интриговала против Кристалинской злобная Гелена Великанова. Возненавидел еврейку Кристалинскую шеф Гостелерадио С.Г. Лапин — ловкий царедворец и убежденный антисемит… Вершиной «карьеры» Майи Владимировны стало звание заслуженной артистки СССР, полученное в 1974 году.


Утесов как-то горько заметил: «Власть у нас относится к эстраде, как к уличной девке — охотно с ней проводит ночь но на утро не узнает!». Кристалинская не пела партийных гимнов, не сидела в президиумах, не ездила по министерским дачам. Она никогда не противопоставляла себя системе, но и не служила ей. Вот только маленькая характерная деталь той эпохи. В песне «Нежность» упомянут Экзюпери — увы, не колхозник и не слесарь, а французский граф. Поэт Сергей Островой выговаривал публично поэту Николаю Добронравову: «Что же вы пишете о каком-то французе? У нас что, своих летчиков мало?! Вот о ком надо петь!»
Но песни о стихотворцах — гагановцах умерли, а «Нежность» — победила смерть. За прекрасную песню «В нашем городе дождь», прозвучавшую в одном из «Огоньков», грозный тиран Лапин изгнал Кристалинскую с телеэкрана: «пропаганда грусти!». Именно так и сказал. Вся страна шагает в коммунизм, а Майа Владимировна видите ли рефлексирует… При этом пластики Кристалинской разлетались мгновенно — ни копейки не принося певице.
 

Личная жизнь… И здесь к ней судьба не была добра Первый муж, Аркадий Штейнбок, скромный участковый врач, прожил с Майей менее года, но добрые отношения они сохранили. Мы знаем этого человека как знаменитого старика Аркадия Арканова.
Второй муж, архитектор Эдуард Барклай, красиво ухаживал и верно любил. Оба тяжело болели — Майа сразу сказала Эдуарду Максимовичу о своем недуге. Но он ушел раньше — диабет… 


Майа Владимировна прожила еще — день в день — 11 месяцев. Это было для нее время величайших мучений. Пропал голос, она сама держалась чудом. Спасала работа: певица переводила с немецкого языка мемуары Марлен Дитрих — эта книга вышла уже после смерти Майи Владимировны…
Великая артистка ушла из жизни 19 июня 1985 года.
На ее могилке написано: «Ты не ушла, ты просто вышла, вернешься — и опять споешь»…


"Крымское время" №19, 23 февраля 2012

Комментариев нет:

Отправить комментарий