пятница, 24 февраля 2012 г.

Был богом эстрады Богатиков!





Марина ГУСАРОВА


Он родился в тот самый «високосный» день. 29 февраля Юрию Богатикову, гордости советской эстрады вообще и Крыма в частности, исполнилось бы восемьдесят. Увы, обладатель мощного баритона и столь же мощной харизмы ушел из жизни в декабре 2002 года, не дожив два месяца до 71- летия.
Прошло уже десять лет, а его помнят. Помнят почитатели его таланта. Помнят единомышленники и коллеги, проработавшие с Юрием Иосифовичем не один десяток лет. Один из них — генеральный директор Крымской государственной филармонии Эрнст Юдицкий.


«Когда вспоминаешь о нем, невольно переходишь на пафос»

Признаюсь честно — целью моего визита к Эрнсту Зиновьевичу было желание вспомнить Богатикова, так сказать, без хрестоматийного глянца. Однако мой собеседник тут же задал иной сценарий встречи, заметив:
— Когда вспоминаешь о Юрии Богатикове, невольно переходишь на пафос. О личности такого звучания хочется сказать громко — «суперталантливый», «великий», «знаменитый», «популярный», «уникальный» и так далее. Конечно, он был живым человеком со своими достоинствами и недостатками. Но я убежден: в течение пятидесяти лет, как минимум, второго такого певца в Крыму не будет, это однозначно! Тогдашняя эстрада была не обижена голосами, но Богатиков обладал поистине уникальным баритоном яркого, интересного тембра. Его голос не спутаешь с другими! И репертуар у него был свой яркий — особенно ему удавалась «морская» тема. Помню, Иосиф Кобзон, когда делал свой прощальный тур в 1997 году, хотел пригласить его в концерт, сказав мне: «Я не очень хорошо себя чувствую, а морская тема у Юры идет лучше, чем у меня». Оценка Кобзона дорогого стоит!



Кроме уникального голоса, Юра обладал еще и очень ярким драматическим даром. Если бы он не был певцом, то достиг бы высот как актер — я в этом убежден. Но главное — у него была фантастическая энергетика — буквально с первой песни он брал слушателя за душу, за сердце и делал с ним все, что хотел. Он мог поднять зал — и бросить его в атаку, или — на уборку урожая. А еще мог заставить зрителей буквально обрыдаться… Вот она, волшебная сила искусства!

«Характер у Юры был непростой»

И все же я не теряла надежды докопаться до «человеческого лица» Богатикова.
— Юру Богатикова я знал, как говорится, от пяток до макушки, — признается Эрнст Зиновьевич. — Познакомились мы в августе 1973-го на первом фестивале «Крымские зори» — и вскоре подружились. Тогда я был еще директором евпаторийского отделения филармонии. Богатикову нравилась акустика нашего театра имени Пушкина, и он часто приезжал туда на гастроли. А в начале 1974 года переехал в Крым. Вскоре меня перевели в Симферополь — и с тех пор мы оба были просто обречены на постоянное общение! Однако характер у Юры был непростой…
— Вот с этого места поподробнее…
— Да, непростой был характер, порой капризный даже. Но за огромный талантище ему все прощалось. Таланты, они ведь вообще люди непростые — может, нам, простым смертным, некоторые их мысли, движения души и не сосем понятны… Но, тем не менее, его любили. Он мог запросто прийти в филармонию и шикарный стол накрыть для всех — просто так, без повода. При этом сам он практически не пил — мог позволить себе разве что рюмочку сухого. Жил скромно, но к хорошей одежде был неравнодушен — костюмам красивым, рубашкам, галстукам… В Москве посещал даже дорогие бутики — Армани и так далее. В общем, любил, чтобы все было солидно.

— А чего не любил?
— Панибратства. Когда его пытались «дружески» похлопать по спине, замечаний, правда, не делал, но морщился. Однако и сам никого не хлопал, хотя был прост в общении, сохраняя со всеми нормальные ровные отношения. Но простота его была не показной, она шла изнутри.
— Ваши отношения тоже были ровными?
— Бывало, мы с Юрой ругались — и по жизни, и по творчеству. Но всегда оставались друзьями. Я помогал ему в организации гастролей. А он часто и обедать без меня не садился — почти через день я бывал у него дома. Его квартиру я знал наизусть — так же, как и его радости, горести, жизненные проблемы. Он со мной делился — советовался, возмущался, кричал, матерился… Даже впадал в ярость, если с ним поступали несправедливо. Мог высказаться от души, невзирая на ранги и лица…

«Он был знаменем нашей филармонии»

Для Крымской государственной филармонии, где Богатиков работал еще с далекого 1974 года, певец был настоящим ангелом-хранителем.
— Он был знаменем нашей филармонии — знаменем очень мощным, пробивным, — вспоминает Эрнст Зиновьевич. — Помню, как отмечали его 70-летие — в Верховном Совете Крыма при огромном стечении народа, просто яблоку негде было упасть! Но вот какой парадокс: Юрий при всей своей известности и масштабности был человеком невероятно стеснительным. Помню, в 1994 году я пригласил его поехать в Киев — тогда мы выбивали повышенную зарплату работникам филармонии. Были мы в трех министерствах — финансов, культуры и Госкомтруда. Так вот он в кабинеты начальства стеснялся заходить — я его просто вталкивал. Ведь кто я такой для министерства финансов? А тут открывается дверь — и входит Богатиков! Тогда мы добились повышения, но, к сожалению, не знали, что все эти «достижения» надо было зарегистрировать в Минюсте — к этому-то они потом и прицепились. Надбавку благополучно сняли после Юриной смерти, и мы по этому поводу судимся до сих пор. Думаю, если он был бы жив, тех проблем с зарплатой, которые возникли в филармонии три года назад, попросту не было бы. Никто бы не осмелился так поступить!
Тут стоит напомнить еще об одном роковом совпадении: 10 декабря 2002 года, в день похорон Юрия Богатикова, был подписан приказ министра культуры Крыма о сокращении штата филармонии, некогда считавшейся одной из лучших в СССР.

«Распад Союза стал для Юры крушением эпохи»

Работая над этой публикацией, я часто задавала себе вопрос: востребован был бы Юрий Богатиков сегодня? Еще лет пять назад я бы ответила не него однозначно: нет. Патриотический пафос его песен в эпоху недоразвитого капитализма звучал бы явным диссонансом. А сегодня? А сегодня мы понемногу начинаем понимать, как много мы потеряли.
— Распад Союза был для Юры очень болезненным, — вздыхает Юдицкий. — Это было крушение его эпохи, ведь он, в основном, исполнял песни, так сказать, гражданского звучания. Спасло его только новое дело: мы стали создавать фестиваль «Песни моря». Помню, приходил он утром, часиков в десять, покупали мы палку московской колбасы — тогда она стоила три восемьдесят, брали батон, пачку чая, закрывались у меня в кабинете — и целыми днями работали. Первые фестивали были особенно удачными: к нам приезжали звезды первой величины — Пахмутова и Добронравов, Николай Гнатюк, Лева Лещенко со своим коллективом, актеры Вячеслав Шалевич и Евгений Матвеев, дикторы Центрального телевидения Светлана Моргунова, Анна Шаталова. А Леонид Якубович у нас был дублером ведущих на концертах!
— А как Юрий Иосифович относился к откровенной халтуре, хлынувшей на эстраду в 90-е?
— Его это очень огорчало. Он практически всегда пел «живьем». Помню, был у нас концерт в Новом Уренгое. В первом отделении пел Богатиков, а во втором — очень популярная в то время певица Светлана Лазарева. И вдруг вырубился свет! Все были в шоке, а Юра вышел на сцену и без всякого света как дал! Зал — в восторге! Тут второе отделение, Лазареву ждут — а она без аппаратуры ничего спеть не может! А вот еще любопытный эпизод. На вечерах классической музыки, которые мы проводили в Ялте, пело трио — Юрий Богатиков и два знаменитейших оперных певца — Зураб Соткилава и Анатолий Соловьяненко. Потом они выступали в Киеве, во дворце культуры «Украина», и в Москве, в концертном зале консерватории. Причем рядом со звездами оперы звезда эстрады Богатиков не просто «не потерялся», а выглядел достойно!
…Сегодня его имя носят крымские улицы, скверы, хризантема, выращенная в Никитском ботаническом саду, и даже малая планета. Его помнят — и те, кто отдыхает на скамейках у памятника певцу, и уличные музыканты, которым он всегда щедро подавал, говоря упрекавшим его в расточительности: «Я же Богатиков! Неужели не могу помочь коллегам?»

29 февраля коллеги тоже вспомнят Юрия Богатикова. В 15.00 в Белой гостиной Крымской филармонии пройдет концерт его памяти. Потом действо переместится в Украинский театр. Пройдут концерты в Киеве и Харькове, а с телеэкранов вновь зазвучит его неповторимый и вечно живой голос…
(на плашке)
Досье «КВ»
БОГАТИКОВ Юрий Иосифович. Народный артист СССР, полный кавалер орденов «За заслуги» (Украина), кавалер Ордена Дружбы (Росиия), лауреат Премии Ленинского комсомола. Заслуженный шахтер, почетный гражданин Славянска и Ялты, почетный крымчанин. Обладатель главного приза на фестивале эстрадной песни в Берлине (1968) и серебряной медали на фестивале «Золотой Орфей» в Болгарии (1969).
Родился 28 февраля 1932 года в городе Рыково (ныне — Енакиево) Донецкой области. После окончания Харьковского ремесленного училища связи работал механиком по ремонту аппаратуры на телеграфе, пел в самодеятельности и учился в Харьковском музыкальном училище. В годы службы в армии пел в ансамбле песни и пляски Тихоокеанского флота. Закончив музыкальное училище, устроился в театр музкомедии. Был солистом шахтёрского ансамбля песни и танца «Донбасс». Работал в Харьковской, Луганской и Крымской филармониях. С 1992 года — художественный руководитель Крымской филармонии. С 1970 по 1986 годы — член художественного совета по эстраде при министерстве культуры СССР.
Умер 8 декабря 2002 года. Похоронен в Симферополе.

"КВ" №19 от 23 февраля 2012 г.

Комментариев нет:

Отправить комментарий